Когда закончится обвал цен на нефть

На фоне мрачных перспектив мировой экономики любые признаки торможения глобального нефтяного спроса будут вновь и вновь приводить к обвалу цен. Вырваться из замкнутого круга удастся лишь с сокращением добычи, на которое производители будут вынуждены пойти вне зависимости от воли ОПЕК, считает аналитик Кирилл Родионов.

Уход ключевых нефтяных бенчмарков ниже нулевой отметки, который было трудно всерьез представить еще месяц назад, стал реальностью, поражающей даже самое смелое воображение. В понедельник вечером спотовые котировки Urals с поставкой в Северо-Западной Европе (отображающие цены физических поставок) опустились ниже минус одного доллара за баррель, а контракты на WTI с привязкой к крупнейшему в США хабу в Кушинге и вовсе торговались по цене в минус $37 (здесь и далее данные Refinitiv, если не указано иное).

Ранее нечто подобное можно было ожидать лишь в отношении региональных североамериканских сортов, малозначимых для мирового рынка, — к примеру, высокосернистого West Taxes Soar (с содержанием серы в 1,5% против 0,4% у WTI, по данным S&P Global Platts), цена на который в конце марта достигла $0,6 за баррель, или же канадского сорта Western Canadian Select, за месяц до WTI преодолевшего рубеж в $10 за баррель.

Не только в хранилищах дело

Столь резкий ценовой обвал можно лишь частично списать на широко обсуждаемый риск дефицита нефтехранилищ. К 10 апреля, по данным Управления энергетической информации Минэнерго США (EIA), мощности для хранения нефти в Кушинге были заполнены на 70%, а по стране в целом — на 65%, притом что 28 февраля они были задействованы на 48% и 57%, соответственно. Если коммерческие запасы нефти будут прирастать в США с той же скоростью, что и в первую полную неделю апреля (на 19,2 млн баррелей, до 503,6 млн), то для заполнения всех американских хранилищ (объемом в 777,2 млн баррелей) хватит четырнадцати с небольшим недель. А в Кушинге, где за тот же семидневный срок запасы увеличились с 49,2 млн до 55 млн баррелей (при максимуме в 78,2 млн баррелей), для этого будет достаточно лишь месяца.

С этим отчасти связан тот факт, что для хранения сырья производители стали чаще использовать нефтяные супертанкеры, на борту которых к 20 апреля, по оценке Refinitiv, находилось 119,6 млн баррелей нефти — в два раза больше, чем в среднем за 2019 год (62,3 млн баррелей). По той же причине растет и стоимость фрахта: к примеру, в период с 20 февраля по 20 апреля ставки на транспортировку нефти из Мексиканского залива в основной европейский узел Амстердам — Роттердам — Антверпен выросли в полтора раза (с $63 до $94 за тонну), а из Северного моря к восточному побережью США — более чем вдвое (c $47 до $139 за тонну). Еще сильнее ставки за тот же период выросли для морских перевозок в Китай — как из Персидского залива (с $41,4 до $154,5 за тонну), так и из Западной Африки (c $47 до $139 за тонну), на которую в 2018 году пришлось 9,7% мирового экспорта нефти (4,4 млн из 45,5 млн баррелей в сутки (б/с), согласно данным BP).

Нервная поступь спроса

Однако ничуть не менее важную роль сыграло падение спроса, апрельские оценки которого выглядят мрачными даже в сравнении с мартовскими проектировками. Так, если полтора месяца назад Международное энергетическое агентство (МЭА) прогнозировало, что глобальный нефтяной спрос в 2020-м снизится на 90 000 б/с, то на прошлой неделе оно оценило масштаб сжатия в 9,3 млн б/с по году в среднем, а непосредственно в апреле — в 29 млн б/с (год к году). Схожим образом оценили ситуацию EIA и ОПЕК, которые в марте закладывали на 2020 год прирост глобального спроса на 470 000 и 60 000 б/с, соответственно, а в апреле — уже его сокращение на 5,2 млн и 6,9 млн б/с.

То же самое касается и прогнозов по мировой экономике, для которой в марте IHS Markit прогнозировало торможение роста (до 0,7% против 2,6% в 2019-м), а в апреле — уже падение на 3%, которое должно будет стать более внушительным, чем в 2009-м, год Великой рецессии (-1,7%).

Тем самым с прояснением контуров кризиса его картина становится все более и более грозной. А потому любая негативная новость может быть воспринята рынком как предлавинная воздушная волна, за которой следует разрушительный сход снега.

В роли триггера могут послужить данные и о загрузке американских НПЗ, которая к 10 апреля снижалась три недели подряд (до 12,7 млн б/с против 15,8 млн б/с 20 марта, согласно данным EIA); и о падении спроса на бензин, которое за те же три недели достигло  в США более чем 40% (с 8,8 млн до 5,1 млн б/с); и о промышленном производстве, мартовское падение которого (на 5,4% в сравнении с февралем, по оценке Федрезерва) стало самым серьезным с января 1946 года. Точно такую же роль могут сыграть новости об обвале майского фьючерса на WTI с экспирацией 21 апреля, который на момент закрытия торгов в понедельник торговался на Нью-Йоркской бирже с дисконтом в $58 к фьючерсу на июнь (минус $37,6 против $20,4 за баррель).

Невидимая рука предложения

В связи с этим на рынке в ближайшие недели вряд ли восстановится хоть какая-то стабильность. В условиях, когда никто — ни компании, ни регуляторы, ни инвесторы — не знает, в какие сроки спрос начнет вновь устойчиво расти, вернуть цены в более-менее предсказуемый коридор могут лишь сами цены, которые будет диктовать производителям необходимость сокращения добычи.

Собственно, это уже происходит в США, где за три недели, предшествовавшие 10 апреля, добыча снизилась на 700 000 б/с (до 12,3 млн б/с, по данным EIA), притом что крупнейшие американские компании едва успели объявить об урезании в нынешнем году капитальных расходов. К примеру ExxonMobil, по подсчетам Refinitiv, снизит их на 30,3% (на $10 млрд), ConocoPhillips — на 10,6% ($700 млн), а Chevron — на 20% ($4 млрд). На те же 20% уменьшат капзатраты британская BP и англо-голландская Shell ($3 млрд и $5 млрд соответственно), тогда как итальянская ENI и испанская Repsol — на 25% и 26% ($2,2 млрд и $1,1 млрд), а французская Total и норвежская Equinor — на 16,7% и 19% ($3 млрд и $2 млрд).

Это в конечном счете поспособствует сокращению добычи вне стран ОПЕК, которое в IV квартале достигнет 5,2 млн б/с (год к году), согласно апрельскому прогнозу МЭА. Тем самым сработает естественный стабилизатор, чью роль безуспешно попытались взять на себя участники сделки ОПЕК+, усилия которых поддержали котировки всего на пару дней. Рыночное сокращение добычи — вкупе с отложенным, но неизбежным восстановлением спроса — рано или поздно утихомирит разыгравшийся нефтяной шторм.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.