БРОД

О причинах и последствиях беспорядков в Киргизии

ЦИК Киргизии до 6 ноября назначит повторные выборы в парламент. Выборы состоялись на прошлой неделе, но после массовых протестов их результаты были аннулированы. Третья в недавней истории Киргизии революция может вызвать окончательную эрозию государственных институтов власти, защиты собственности и безопасности страны. Остается надеяться на благоразумие политических групп, которые смогут образовать коалицию и остановить сползание в хаос, считает старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН Станислав Притчин.

События в Киргизии в третий раз в истории независимости республики стали разворачиваться по революционному сценарию. Причиной массовых протестов оппозиции и стремительного захвата ими правительственных зданий в центре Бишкека стало неприятие итогов парламентских выборов, которые состоялись 4 октября. Роковой ошибкой действующего президента Сооронбая Жээнбекова стала попытка получить полный контроль над Жогорку Кенешем (парламентом Киргизии) и не допустить попадания в него представителей других региональных политических сил. Результат в итоге был достигнут — в парламент попали три лояльные президенту политических силы, представляющие в большинстве своем южные кланы. Однако на следующий же день несогласные с таким подходом властей партии выступили с протестами и фактически свергли правительство.

Особенностью политической жизни и системы Киргизии является уникальный характер географии и структуры общества. Население республики исторически занималось животноводством, предполагающим распределение между разными частями общества территорий для пастбищ. При этом отношения в обществе в основном носили горизонтальный характер: старейшины кланов договаривались о распределении пастбищ и воды, и лишь в периоды войн или других вызовов организовывались в крупные объединения с избранным лидером. Такая горизонтальная социально-политическая организация во многом и сегодня определяет особенности политической культуры и взаимоотношений между разными частями киргизского общества. Ключевая ее характерная черта — необходимость сохранения баланса представительства всех основных региональных групп влияния в управлении государством. Каждый раз нарушение этого хрупкого равновесия для правящей элиты означало начало роста недовольства и противодействия со стороны ущемленных групп и кланов, и как следствие — взрыв недовольства и революцию.

Так было, когда северянин Аскар Акаев постепенно перестал учитывать чаяния и интересы южных групп влияния. В итоге он потерял власть и вынужден был бежать из страны в марте 2005 года. Следующая революция произошла в апреле 2010 года, когда возглавивший после первого переворота страну южанин Курманбек Бакиев вместе с семьей сосредоточил в своих руках не только все ключевые посты в руководстве республики, но и стал доминировать в экономическом секторе, с помощью своего сына начав перехватывать контроль над ключевыми экономическими активами страны (главным образом энергетика и добывающая промышленность, в том числе добыча золота и цветных металлов, составляющая 4,4% ВВП. — Forbes). Ответ со стороны общества и ущемленных кланов не заставил себя ждать.

Единственным киргизским президентом, который отслужил свой срок от и до и самостоятельно закончил свою каденцию (2011-2017), стал Алмазбек Атамбаев. Это удалось ему во многом благодаря умению выстраивать партнерские отношения с разными региональными и политическими группами Киргизии, что позволило вовлекать в руководство республики представителей совершенно разных политических сил и тем самым обеспечивать ее легитимность в глазах политической элиты страны и ее населения.

Сооронбай Жээнбеков, преемник Атамбаева, ставший президентом во многом благодаря его всемерной поддержке, с самого начала стал проводить противоположную политику. Он сначала рассорился с самим Атамбаевым, затем лишил его конституционной неприкосновенности. После короткого, но достаточно ожесточенного столкновения со сторонниками Атамбаева с привлечением ОМОН Жээнбеков добился его ареста и суда. Этого было достаточно, чтобы настроить против южанина Жээнбекова северные группы республики. Однако глава республики на этом не остановился и продолжил перехватывать контроль над процессами, вычищая сторонников Атамбаева и представителей других кланов из власти. Последним оплотом, неподконтрольным Жээнбекову, оставался парламент, так как он был сформирован в свое время еще при Атамбаеве. Поэтому на парламентскую кампанию 2020 года перед властями стояла задача обеспечить максимальное присутствие в законодательном органе пропрезидентских сил.

Администрация Жээнбекова с задачей справилась успешно. Только три партии прошли в парламент — «Биримдик», «Мекеним-Кыргызстан» и «Кыпгызстан», представляющие в основном интересы пропрезидентских южных политических групп. Ряд влиятельных южных партий, а также все северные остались за бортом парламента, что и стало отправной точкой для очередного переворота, который произошел молниеносно.

Чем особенно опасен этот третий по счету в истории республики переворот? Главная опасность заключается в окончательной эрозии государственных институтов власти, защиты собственности, обеспечения безопасности в стране. Если после переворотов в 2005 и 2010 годах пришедшим к власти оппозиционным советам удавалось достаточно быстро сформировать временные органы власти, а затем оперативно провести выборы, чтобы легитимизировать свое правление и получить мандат на управление государства от общества, то сейчас ситуация развивается гораздо сложнее. До сих пор так и не появилось единого координационного органа, который бы взял на себя ответственность за происходящее в стране и запустил бы процесс подготовки к досрочным выборам. На сегодняшний день сразу несколько групп борются между собой за право в период безвластия представлять страну.

Более того, с еще большей активностью, чем это было раньше, начался масштабный передел собственности по всей республике. Он коснулся не только лакомых с точки зрения мародеров мелких предприятий. В сферу интересов постреволюционных рейдеров попали крупнейшие предприятия Киргизии — золоторудные месторождения и угольные разрезы, в том числе крупнейший в регионе и обеспечивающий 10% ВВП золотодобывающий проект «Кумтор». В Бишкеке стабильность пока удается обеспечивать за счет волонтерских дружинников, которые патрулируют город и стараются обеспечивать порядок на улице. Но уже сегодня ведется борьба за контроль над этими структурами с целью перехвата инициативы в противостоянии за власть.

В условиях предстоящей второй волны коронавируса, а также ухудшающейся социально-экономической ситуации безвластие и отсутствие нормально работающей государственной машины грозят уже в ближайшие дни погрузить республику в хаос. Пока остается надежда лишь на благоразумие политических групп, которые сумеют умерить свои амбиции, чтобы сформировать коалицию, способную взять на себя ответственность за происходящее в стране. 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.